Русские народные танцы девочка и мальчик

Русские народные танцы для детей и их особенности

В настоящее время многие родители детей дошкольного возраста задумываются о том, как привить своим чадам любовь и уважение к народной культуре. Это можно сделать через русские народные танцы для детей. Тем более, что танцы – непременный атрибут детсадовских утренников. Поскольку, детские утренники ставятся организаторами в виде мини-спектаклей, без костюма, подходящего тематике мероприятия, не основательно продумать танцевальные движения и даже мимику маленьких танцоров. В этой статье как раз пойдёт речь о постановке танцев для воспитанников детского сада.

Русский народный танец для детей «Матрёшки»

Для постановки этого замечательного детского танца потребуется выполнить картонный макет матрёшки, ростом с ребёнка. А также позаботиться о костюмах и фонограмме. Девочки должны быть в русских народных сарафанах и косыночках, с накрашенными щёчками так, как в детских сказках. Под музыку песни «Куклы-неваляшки» девочки, по две «выплывают» из-за картонной матрёшки, придерживая руками уголок косынки и слегка качаются со стороны в сторону как матрёшки.

Русско-народные танцы для детей дошкольного возраста не обязаны вырабатывать у детворы идеально исполненные танцевальные движения, а для призваны заинтересовать малышей и помочь им побороть стеснение и раскрепоститься. Поэтому танцевальные движения должны быть просты и легки в исполнении:

  • пятка-носок;
  • покачивания со сложенными по типу «лодочка» руками;
  • поворот вокруг себя.

Русские народные танцы для детей в детском саду могут превратить обычный утренник в целое театральное представление. Известная и всеми любимая песня «Кадриль» на стихи Е.Темниковой под музыку В.Темнова замечательно для этого подходит.

Первый куплет – вступление. Девочки группкой стоят в стороне, «плюхают семечки» и поглядывают на мальчиков, заразительно смеясь. Мальчики, одетые в косоворотки и картузы, сидят на лавке, сложив на груди руки.

Второй куплет – один из мальчиков решительно встаёт и махнув рукой «была- небыла», идёт к девочкам. Остальные ребята смеются над смельчаком, показывая на него пальцем. А храбрец, между тем, приглашает одну из девочек на танец. Девочка, поколебавшись, встаёт, приняв приглашение и они, взявшись за руки и подняв их в виде «воротиков», медленно идут по кругу. Свободной рукой девочка придерживает своё платье за край, а мальчик согнутую руку положил за спину.

Остальные мальчики, глядя на них, тоже встают, одёргивают косоворотки, поправляют картузы, и друг за другом приглашают девочек на танец. После того, как все девочки, примут приглашения начинается, непосредственно, кадриль. Сначала пары, сцепившись локтями, кружатся в такт музыки, а затем мальчики встают на одно колено, а девочки, держа их за руку, крутятся вокруг них.

Прочие детские народные танцы

Для танцев на детском празднике идеально подходит «ручеёк», подобный игре с таким же названием. «Лодочка», когда пара сближается и расходится держась за руки в такт музыке. Или любимый ребятнёй танец «ладошки-хлопушки»

Танец для детсадовского выпускного утренника

Прощание с детским садом означает скорое знакомство со школой. Поэтому танец на выпускном утреннике в саду, должен быть посвящён предстоящей школьной жзини. В качестве фонограммы танца можно взять известные песни о школе, например, «Школьные годы чудесные» или «Первый раз в первый класс». В качестве костюмов можно даже одеть детям школьную форму. Для выпускного танце можно переделать кадриль, добавив в неё новые элементы и движения, что существенно изменит всю постановку танца. Можно даже переделать слова песни или сочинить что-то своё, например «когда-то пару лет назад Алёшы, Маши, Кати, Ани за руки мамины держась, входили в детский сад, а вот уже подросшие, красивые, пригожие за новыми познаниями в школьный класс спешат…»

Это лишь примерная постановка танца для детсадовского выпускного. Вариантов – масса. Как и танцев в русском народном фольклоре. Можно водить хороводы с элементами хип-хопа, можно закружить малышей в русской плясовой, можно исценировать «калинку-малинку»…Главное чтобы дети были в восторге и с удовольствием принимали участие в постановке танца.

Русские народные танцы

Танец — это особый вид народного искусства. Не поддаётся счёту сколько различных танцев и плясок бытовало на Руси и существует до сих пор в современной России. Они имеют самые разнообразные названия: иногда по песне, под которую танцуются («Камаринская», «Сени»), иногда по количеству танцоров («Парная», «Четвёрка»), иногда название определяет картину танца («Плетень», «Воротца»). Но во всех этих столь различных танцах есть что-то общее, характерное для русского народного танца вообще: это широта движения, удаль, особенная жизнерадостность, поэтичность, сочетание скромности и простоты с большим чувством собственного достоинства.

Русская пляска:
Русская пляска — вид русского народного танца. К Русским пляскам относятся хоровод, импровизированные пляски (перепляс, барыня и др.) и танцы, имеющие определённую последовательность фигур (кадриль, ланце и др.). В каждом районе эти пляски видоизменяются по характеру и манере исполнения и имеют обычно своё название, происходящее от названия местности или плясовой песни. Музыкальный размер обычно 2/4 или 6/8. Русские пляски есть медленные и быстрые, с постепенным ускорением темпа. Хороводы бывают женские и смешанные. Исполняются чаще по кругу, обычно сопровождаются песней, иногда в виде диалога участников. Перепляс носит характер соревнования. Для женского танца характерны плавность, величавость, лёгкое кокетство, игра с платочком; пляска мужчин отличается удалью, ловкостью, широтой, юмором.

Ансамбль народного танца «Кудринка» — русский танец «Черёмуха».

Хороводы

Ансамбль Кудринка — Русский хоровод «Веретенце».

Первоначальное значение хоровода, кажется, потеряно навсегда. Мы не имеем никаких источников, указывающих прямо на его появление в русской земле, и поэтому все предположения остаются ничтожными. Было счастливое время, когда наши филологи производили хоровод от греческих и латинских слов. Счастливо было то время, когда наши умники верили, что наш хоровод происходит от греческого слова chorobateo — ступаю в хоре; невозвратны и те наслаждения, когда с торжеством произносили, что хоровод заключается в словах: choros — лик поющих и пляшущих, ago — веду.
Утешны и споры филологов. Латинцы отыскали созвучие у Горация в IV книге, 7 оде — horos ducere — вести хоры, лики, и утверждали первенство за собой. Всматриваясь в это изыскание, как в предположение, находим, что оно прекрасно, что оно открыло труженикам мечтательное созвучие в словах; но кто поручится, что это было так? Кто докажет нам, что русские, вводя в свою семейную жизнь игры, составили свой хоровод из латинского выражения Горация? Много, очень много есть прямых указаний, как русские умели заимствовать из Греции обряды для своей жизни; и во всем этом мы только находим приблизительные указания. Очевидностей нечего и искать; их нет у нашего народа, когда предания передают былое вам о старой жизни.

Хороводы мы встречаем у всех славянских племен. Литовцо-руссы хоровод переименовали в корогод. Богемцы, хорваты, карпато-руссы, морлаки, далматы обратили его в kolo — круг. Славянское коло также сопровождалось песнями, плясками и играми, как и русский хоровод. Подобные изменения мы находим и в русских селениях. Поселяне Тульской, Рязанской и Московской губерний, говоря о хороводниках, выражаются: «Они пошли тонки водить». В слове тонки мы узнаем народную игру толоки, в которой игроки ходят столпившись, как в хороводе.
Важность русских хороводов для нашей народности столь велика, что мы, кроме свадеб, ничего не знаем подобного. Занимая в жизни русского народа три годовые эпохи: весну, лето и осень, хороводы представляют особенные черты нашей народности — разгул и восторг. Отделяя народность от простонародия, мы в ней открываем творческую силу народной поэзии, самобытность вековых созданий. В этом только взгляде наша народность ничего не имеет подобного. Отнимите у русского народа поэзию, уничтожьте его веселый разгул, лишите его игр, и наша народность останется без творчества, без жизни. Этим-то отличается русская жизнь от всех других славянских поколений, от всего мира.

Ансамбль «Веснушки» — Хоровод с полотенцами.

Русские хороводы доступны всем возрастам: девы и женщины, юноши и старики равно принимают в них участие. Девицы, окруженные хороводницами, изучают песни и игры по их наставлениям. В нашей хороводнице сохраняются следы глубокой древности. Обратите внимание на ее заботливость передавать вековые песни возрастающему поколению, на ее желание внушить девам страсть к народным играм, и вы увидите в ней посредницу между потомством и современностью, увидите в ее думах гения-блюстителя нашей народности. При всей этой важности, хороводница считается у нас обыкновенною, простою женщиною, способною только петь и плясать. Так одно время могло измениться народное значение этого слова. Между нашими православными людьми соблюдается доселе почет к хороводнице: подарки сельских девушек, угощение матушек, безденежные труды отцов на ее поле. Это все делается во время хороводных игр. В другое время она изменяет свой характер: делается свахою на свадьбах, бабкою-позываткою на пирах, за безлюдьем кумою на крестинах, плакушею на похоронах. Таков круг жизни, совершаемый русскими хороводницами. Кроме того, есть еще особенные отличия в хороводницах городских и сельских.

Ансамбль «Берёзка» — Хоровод «Берёзка».

Городскою хороводницею может быть нянюшка, взлелеявшая целое семейство, и соседка, живущая на посылках у богатых купцов. Нянюшка из любви к детям утешает молодежь хороводами, передает им старину своего детства — сельскую; ибо большая часть русских нянек родились в селах, а доживают свою жизнь в городах, в чужом семействе. В этом классе всегда преимуществуют мамки, воспитавшие детей на своих руках. Соседка, удивительная своею заботливостью по чужим делам, представляет в нашей народности лицо занимательное. Она знает все городские тайны: кто и когда намерен жениться, кого хотят замуж отдать, кто и где за что поссорился. Без ней нет в семействе никакого утешения: зимой она приходит детям рассказывать сказки, матушкам передавать вести; летом она первая выходит на луг составлять хороводы, первая пляшет на свадьбе, первая пьет брагу на празднике. Соседку вы всегда встретите в доме зажиточного купца утром, в полдень и вечером; она всегда бывает весела, шутлива, бедно одета. Заговорите с ней поближе, словами, близкими к ее сердцу, и она передаст вам все сокрытое и явное; она ознакомит вас с городом и горожанами; она обрисует вам картины своего века так резко, что вы во сто лет не могли бы сами изучить так отчётисто и верно.

Девичий хоровод на лугу. Русские. Фотоархив Российского Этнографического Музея (РЭМ).

Сельская хороводница — женщина пожилая, вдова, живущая мирским состраданием. Отвага, молодость и проворство отличают ее от всех других. Ей не суждено состариться. Она вечно молода, игрива, говорлива; она утешает всю деревню; она нужна для всего деревенского мира: она распоряжает всеми увеселениями; она не пирует на праздниках как гостья, но зато все праздничные увеселения исполняются по ее наставлениям. Весь круг ее жизни и действий сосредоточивается в одной и той же деревне, где она родилась, где состарилась и где должна умереть.
Места, где отправляются народные хороводы, получили во многих местах особенные названия и удержали исстари за собою это право. Реки, озера, луга, погосты, рощи, кладбища, огороды, пустоши, дворы — вот места для их отправления. На одних местах бывают хороводы праздничные, на других обыкновенные, запросто. Праздничные хороводы есть самые древние: с ними сопряжено воспоминание прошлого, незапамятного народного празднества. Для таких хороводов поселяне и горожане приготавливаются заранее, сзывают дальних гостей и соседей, красят желтые яйца, пекут караваи, яичницы, пироги, варят пиво, мед и брагу. Праздничные хороводы отправляются равно поселянами и горожанами, обыкновенные же более заметны по городам. Девушки богатых отцов выходят повеселиться на свой двор, куда сбираются к ним подруги. Все это бывает вечером, с окончанием работ.


Юркина Екатерина — Хоровод, 2005 год.

Женщины и девушки, приготовляясь к хороводам, одеваются в лучшие наряды, предмет особенной заботливости поселян. Сельские девушки для сего закупают ленты, платки на ярмарках, и все это на свои трудовые деньги. Из мирской складчины они покупают для хороводницы платок и коты. В городах вся заботливость лежит на матушках, награждающих хороводниц и соседок из своих молочных денег, из барышей, остающихся у богатых купчих от продажи молока.

Мужчины в сельских хороводах представляют гостей, призванных разделять веселье и радости. Молодые ребята, неженатые, вступают в игры с девушками по приглашению хороводницы. В городских хороводах, совершаемых на дворах и площадях, редко участвуют мужчины; там можно видеть братцев и родных, будущих суженых. Эти братцы живо представят вам особенный быт нашей семейной жизни: родниться с своим кругом и заранее сближаться с подругами жизни.
Русские хороводы распределены по времени года, свободным дням жизни и по сословиям. Сельские начинаются со Святой недели и продолжаются до рабочей поры; другие появляются с 15 августа и оканчиваются при наступлении зимы. Поселяне веселятся только по дням праздничным; в другие дни окружают их нужды, а для искупления их они должны жертвовать всем. Городские хороводы также начинаются с Святой недели и продолжаются во все лето и осень. Горожане, люди досужливые, более имеют времени гулять и петь; они пользуются всем готовым. Время и разные обычаи до того разнообразят увеселения православных, что в одно и то же время в одном городе встречаем такой праздник, а в другом находим совершенно иной; там есть свои стародавние обряды, здесь другие. Весна и осень, два времени, в которые поселяне более всего веселятся. Здесь семейная жизнь представляется в разных картинах. Принимая разделение хороводов на весенние, летние и осенние, мы увидим настоящую картину русской жизни и правильнее можем следить за постепенным ходом народных увеселений.

Простонародный хоровод в русской деревне.

Первые весенние хороводы начинаются с Святой недели и оканчиваются вечером на Красную горку. Здесь соединялись с хороводами: встреча весны, снаряжение суженых к венечному поезду. Радуницкие хороводы отличаются разыгрыванием Вьюнца, старого народного обряда в честь новобрачных. Георгиевские хороводы соединяют с собой выгон скота на пастьбы и игры на полях. В этот день к хороводницам присоединяются гудочники — люди, умеющие играть на рожке все сельские песни. Последними весенними хороводами считаются Никольские. Для празднования Николыцины званые гости съезжаются с вечера и принимаются с почетом, поклонами и просьбами пировать на празднике. Целое селение складывается в складчину на мирской сбор: поставить угоднику мирскую свечу; сварить браги, щей, лапши, каши; напечь пирогов для званых гостей. Все это дело присуждалось старосте или земскому. Званые гости уезжали с лошадьми в ночную, где пиршества продолжались до утра с плясками и песнями. Наставал праздник, со всех сторон стекались православные, званые и незваные. Богатые незваные приходили к старосте и давали вкладу пировать Никольщину; бедные только отделывались поклонами. Кругом погоста ставили столы с пирогами, кадушки с брагой; а в земской избе стояли на столе: щи, лапша, каша. С окончанием обедни начиналась пирушка. Гости ходили по избам, ели, что душе было угодно, пили донельзя. Пред вечером женщины выходили на улицы петь песни, играть в хороводы. Раздолье бывало шумное и гульливое, когда боярин жил в селе и справлял с своими гостями Никольщину. Двор его наполнялся людьми; боярин с боярыней угощали гостей вином и брагой. Все это бывало прежде, а ныне быльем заросло. Вот о чем с горестью воспоминают старики! Вот отчего мила русскому по душе и сердцу русская старина! Николыцина продолжалась три дня, а иногда и более. Заезжие гости до того наслаждались брагой, что не могли руками брать шапку. Это считалось для хозяев особенным почетом, а гости почитали себя вправе величаться таким угощением. В пиршестве не участвовали только девицы; они наслаждались хороводами, когда женщины плясали «во всю Ивановскую».

Хоровод вокруг Купальского костра.

Осенние городские хороводы в одних местах начинаются с Ильина дня, а в других с Успеньева дня. Сельские хороводы начинаются с бабьего лета. Такая разность указывает более на местности, нежели на различие обрядов. Успенские хороводы начинаются с 6 августа, когда начинают сбирать фруктовые плоды. В старину эти празднества бывали сборные в тульских садах. Веневцы, исключительно занимавшиеся садовыми промыслами, начинали сбор яблок и груш песнями и хороводами
Семенинские хороводы отправляются по всей России с разными обрядами и продолжаются целую неделю. Капустинские хороводы начинаются с половины сентября и отправляются только в городах. Последние хороводы бывают покровские, и отправление их зависит от времени года.
Кроме сих обреченных дней, русские хороводы отправляются на свадьбах, даже зимою. Мне часто случалось видеть, как зимою на московских свадьбах девушки разыгрывали хороводы в комнатах.
Русские хороводы сопровождаются особенными песнями и играми. Песни принадлежат ко временам отдаленным, когда наши отцы живали припеваючи, без горя и забот. Нет никакой возможности определить, когда игры были соединены с хороводами. Такое смешение игр и хороводов заметно более в городах. Игры хороводные содержат в себе драматическую жизнь нашего народа. Здесь семейная жизнь олицетворена в разных видах. В хороводах, исключительно взятых, заключается народная опера. Ее характер, исполненный местными обрядами, старыми поверьями, принадлежит включительно русскому народу.
В Черниговской губернии в конце Святой недели бывает особенное игрище: изгнание, или провожание русалок.

Пляски-импровизации:

Наряду с хороводами, большой популярностью в народе пользуются пляски-импровизации, пляски-соревнования. В них танцоры не скованы определенной композицией. Каждому исполнителю дается возможность выразить себя, показать, на что он способен. Такие пляски всегда неожиданны для зрителей, а порой и для самих исполнителей.

Народно-хореографический ансамбль «Ровесник» — русский народный танец «Барыня».

Пляскам-импровизациям парни и девушки «учатся» с малых лет. Они с увлечением наблюдают за тем, как пляшут старшие, порой выезжают за десятки километров посмотреть на уже известных танцоров, часами увлеченно «работают» над новыми «коленцами». Танцору не хочется повторяться, делать то же, что делают другие — отсюда большое разнообразие самобытных русских переплясов.

Ансамбль танца «Россияночка» — «Владимирская веселуха».

Ансамбль танца «Россияночка» — «Балалайки».

Форма плясок-импровизаций, плясок-соревнований в наше время получила дальнейшее развитие. Они стали динамичнее, появились острые ритмы, сложные танцевальные элементы, разнообразные комбинации. Девушки пляшут смелее, энергичнее, как равные соревнуясь в мастерстве с парнями.

Игровые танцы:

Особое место принадлежит танцам, в которых проявляется наблюдательность народа: либо о явлениях природы («метелица», «пурга»), либо о каких-либо животных или птицах («Бычок», «Дергач», «Медведь»). Вспомните, у И.С. Тургенева: «Плясал Иван удивительно — особенно «Рыбку». Грянет хор плясовую, парень выйдет на середину круга — да и ну вертеться, прыгать, ногами топать, а потом как треснется оземь — да и представляет движения рыбки, которую выкинули из воды на сушь: и так изгибается и этак, даже каблуки к затылку подводит. «.

Ансамбль «Веснушки» — Топотуха.

Эти танцы можно назвать игровыми или танцами-играми, поскольку в них очень ярко выражено игровое начало. В своих движениях танцующий не просто подражает повадкам зверей или птиц, а старается придать им черты человеческого характера.

Ансамбль танца «Россияночка» — «Сибирский лирический».

Без образа нет танца. Если не возникает хореографический образ, остается набор движений, в лучшем случае иллюстрация события. Для народного танца типично осмысленное отношение к событиям жизни, и если иллюстративные моменты встречаются, то лишь как обдуманный прием. Конечно, танцоры пользуются элементами, имитирующими, к примеру, походку, полеты, повадки гусаков и гусынь. Но это не просто изображение птицы, а в данном случае игра-пляска, где условием ее является подражание птицам, соревнование-перепляс, в котором торжествуют ловкость, выдумка и мастерство в изображении гусачка.

Ансамбль танца «Россияночка» — «Журавель».

Очень важно, чтобы созданию образа танца были подчинены все компоненты: движения и рисунки, то есть хореографическая образная пластика, музыка, костюм, цвет. При этом выразительные средства танца существуют не сами по себе, а как образное выражение мысли. Завершенность всего этого достигается синтезом всех составных.

Русский народный костюм:

В воплощении народного танца большое значение имеют сценические костюмы. Сценический костюм создается на основе народного, но, конечно, облегчается настолько, чтобы танцору было удобно двигаться. Русская народная одежда красива, ярка по краскам, богата украшениями, вышивкой. В создании одежды народ проявил столько же таланта и художественного вкуса, сколько и в создании песен и плясок.

Боевая пляска вприсядку:

В славянской воинской традиции характеры бойцов делили на две категории:

Эти системы боя имели каждая по своему специализированному боевому танцу. Нам не известны древние достоверные названия этих плясок, они менялись. Хорошо известно, что ту пляску, что сейчас называют гопаком, во времена Н.В. Гоголя называли казачок, а нынешний казачок почти не имеет к нашей теме отношения. Ту же пляску на северо-западе в 19 веке называли «лунёк». Название плясок часто трансформировалось в зависимости от популярных в то время плясовых наигрышей. Название музыки становилось названием пляса. Тем не менее, во всех этих танцах были движения с одинаковым определением «в присядку». Это и есть сумма боевых движений жвавых бойцов, применяемых в плясе. Все эти танцы можно было плясать в присядку и без неё.

Изначально техника присядки существовала в двух проявлениях:
1. Как способ боя.
2. Как боевой танец.

Способы боя в присядку были широко распространены среди всадников и применялись пехотинцами в столкновениях с конницей. Случалось, что во время битвы, скорость кавалерийской атаки терялась. Всадники, вдруг напарывались на заграждение, замаскированный обоз или ров с кольями, могли столкнуться с более сильным противником, теряя инициативу и скорость. В этой фазе сражения, нередко всадники теряли коней. Когда воин вылетал из седла или оказывался на земле вместе с убитым конём, необходимо было продолжать драться, вернуть инициативу. Пехота, напротив старалась «спешить» противника, завладеть его конём. Тут-то и нужны были навыки боя в присядку. Пехотинец против всадника использовал, например такие коленца присядки.
В «ползунке», «гуськом» проскакивал под брюхом вражеского коня с саблей на плече. Когда он оказывался под животом, то нажимал на рукоять сабли и выставлял её повыше, чтоб подрезать коню «жижки»-жилки, паховину. Конь падал, увлекая за собой наездника. Подрубал саблей или подсекал ударом руки или ноги передние ноги коня. Конь оступался, падал через голову, давя седока. Ногой или кулаком, наносили удар коню противника по голове. Били в место находящееся между конскими глазами и ушами. Конь оглушенный падал.
Если была возможность, то вражескую лошадь старались не калечить, она стоила больших денег и считалась богатым трофеем. В этих случаях атаковали всадника. Для этого гопкорез1 старался нанести удар оружием всаднику и сдёрнуть противника с седла. Вот как об этом приёме рассказывает былина: «Сшиб Тугарин Алёшу с седла, как овсяный сноп, но увернулся Алёша под конское чрево и ударил с другой стороны Тугарина булатным ножичком под правую пазуху. Распорол его груди белые, да и дух вон».
Если пехотинец бывал без оружия (а в этой ситуации мог оказаться и кавалерист, потерявший в бою коня и сбрую), то он прыгал на противника, одновременно прихватывая его вооружённую руку и повисал на боку вражеского коня, обхватив его ногами. Конь падал, нападавший старался не попасть под тело падающей лошади. Так же использовались прыжки на всадника, с одновременным выбиванием врага из седла. Иногда прыгали, опершись на пику или боевую палку.
Увёртка от атакующего кавалериста, намеревающегося уколоть пикой или нанести рубящий удар, часто начиналась с уловки: пеший садился на корточки, как бы давая прицелится, а потом уходил ползунком или прыжком в сторону, пугал коня, как бы бросаясь ему под ноги. Лошади стараются не наступать на упавшего или сидящего человека, это их инстинкт. Боевых коней специально приучали бить копытами врага, кусать его, сваливать пехоту ударом корпуса. Такой конь, прошедший специальную боевую подготовку был особенно опасен и ценился невероятно высоко.

Бой в присядку включал в себя четыре основных уровня:

Кувырки применялись в основном как тактические перемещения и как способы самостраховки при падении.

На северо-западе России пляска в присядку сохранилась в виде вариантов пляски русского, как в одиночку, так и в паре с соперником. Барыню плясали с женщиной, когда все те же коленца нужно было выбивать вокруг партнёрши, не подпуская к ней плясуна соперника. Тот, в свою очередь старался отбить плясунью, оттереть умелым движением соперника и самому продолжить пляс. Этот вариант был очень труден, требовался высокий контроль за сложными боевыми движениями. Недопустимым считалось не только коснуться ударом партнёрши, но даже напугать её опасным движением.

Обычно состязания проходили в виде парной и одиночной пляски в форме перепляса. Переплясывая, один из плясунов показывал какое-либо движение или связку, соперник должен был их в точности повторить, потом показывал свои. Иногда, в переплясе были другие правила, соревнующиеся, попеременно показывали свои движения, при этом нельзя было повторять предыдущие. Проигрывал тот, у кого первого заканчивался набор «выкрутасов».

В казачьих войсках пляс жил повсеместно, гармонично вплетаясь в казачий быт, бурно вырывался из горячих сердец в станичные и войсковые праздники. Во время сражений, когда сходились враждебные армии, перед рядами боевых товарищей выплясывали с оружием гопкорезы выкликая врагов на герц. Под музыку, с пляской ходили в бой. Этот обычай наших предков настолько хорошо запомнился полякам, что они экранизировали его в фильме «Огнём и мечём» по книге Сенкевича. А мы подзабыли!

Вот как описывает гульбу с пляской в Запорожской сечи Н.В. Гоголь:

«Им опять перегородила дорогу целая толпа музыкантов, в середине которых отплясывал молодой запорожец, заломивши шапку чёртом и вскинувши руками. Он кричал только: «Живее играйте, музыканты! Не жалей Фома, горелки православным христианам!» И Фома, с подбитым глазом, мерял без счёту каждому пристававшему по огромной кружке. Около молодого запорожца четверо старых вырабатывали довольно мелко ногами, вскидывались, как вихорь, на сторону, почти на голову музыкантам, и вдруг, опустившись, неслись вприсядку и били круто и крепко своими серебряными подковами плотно убитую землю. Земля глухо гудела на всю округу, и в воздухе далече отдавались гопаки и тропаки, выбиваемые звонкими подковами сапогов. Но один вех живее вскрикивал и летел вслед за другими в танце. Чуприна развевалась по ветру, вся открыта была сильная грудь; тёплый зимний кожух был надет в рукава, и пот градом лил с него, как из ведра. «Да сними хоть кожух! — Сказал, наконец, Тарас. — Видишь, как парит!»
— «Не можно!» — кричал запорожец. «Отчего?» -«Не можно; у меня уж такой нрав: что скину, то пропью»
А шапки уж давно не было на молодце, ни пояса на кафтане, ни шитого платка; всё пошло куда следует. Толпа росла; к танцующим приставали другие, и нельзя было видеть без внутреннего движения, как всё отдирало танец самый вольный, самый бешенный, какой только видел когда-либо свет и который, по своим мощным изобретателям, назван козачком.
— Эх, если бы не конь! — вскрикнул Тарас, — пустился бы, право, пустился бы сам в танец!»

В регулярной армии пляс держался преимущественно среди солдат, но уже в 19 веке, каждый полк, сотня и мало-мальски уважающее себя подразделение Российской армии имели собственные хоры и плясовые коллективы. В пляске подразделения, соревновались наряду со строевой подготовкой, стрельбой, гимнастикой и фехтованием. Считалось хорошим тоном, когда перед марширующим строем «выдавали в присядку» лучшие плясуны подразделения. Если в полку заводилась выдающаяся традиция пляса, то её берегли, и демонстрировали начальству при первой возможности, на смотрах и показательных выступлениях.
Во время гражданской войны боевая пляска продолжала жить в войсках, как у красных, так и у белых. Хорошо запомнились красноармейцам атаки полков Ижевского и Водкинского заводов, сражавшихся под красным флагом против большевиков. Они шли в бой под гармошку, с заброшенными за плечи винтовками. Перед строем отплясывали бойцы, иногда вместе с санитарками. Трудно это объяснить рационально, но красноармейцы не выдерживали таких атак, отступали.
Предания гражданской войны повествуют, так же что легендарный комдив Василий Иванович Чапаев знал боевой пляс и любил станцевать «Русского» на бруствере, под шквальным огнём белогвардейцев. Выплясывая под гармошку, он учил бойцов храбрости, среди его подчинённых существовала уверенность, что «комдива пуля не берёт». Говорят, что этот обычай он сохранил еще с первой Мировой.
Флотская пляска в присядку стала называться «Яблочко» по припеву в популярном тогда наигрыше. Поднявшись с берега на палубы, яблочко стал одним из любимейших развлечений русских моряков. Закрытость и сплочённость флотского коллектива создавала хорошую почву для сохранения и передачи навыков пляса, а состязание между моряками разных кораблей постоянно обогащало традицию.
Боевой пляс в присядку был унаследован и красной армией. Правила смотров и состязаний остались неизменными, правда движения были сильно «причёсаны» советскими культпросвет работниками. Другое дело пляски на праздниках и на фронте. Это была не только тренировка тела и повторение способов боя, трудно переоценить воздействие музыки и пляски на боевой дух бойцов. Прадедовская традиция превращала измученных солдат в чудо богатырей, зажигала в сердцах бесстрашие и задор.
Безусловно, когда плясать приходилось в снегу или грязи, то прыжки, и ползунки не делали, оставались лишь приемлемые для обстановки коленца, но дух боевого пляса, воинский задор, не убывал. Пляской разминали затёкшие в окопах ноги, грелись на морозе, снимали предбоевое напряжение

Список использованных источников:

Русский народный костюм

Несмотря на смену названий и политического строя, наша страна несёт древние и особенные культурные ценности наших предков. Заключаются они не только в искусстве, традициях, характерных чертах нации, но и в национальном костюме.

История создания

Древнерусским костюмом считается национальная одежда населения Руси домонгольского нашествия и Московской Руси, до прихода Петра I к власти. На формирование особых черт нарядов повлияло сразу несколько факторов: тесные отношения с Византией и Западной Европой, суровые климатические условия, деятельность подавляющего числа населения (скотоводство, землепашество).

Одежду шили в основном из льна, хлопка, шерсти и сама по себе она имела простой покрой и длинный, закрытый фасон. Зато те, кто мог себе это позволить, всячески украшали скромный наряд нескромными декоративными элементами: жемчужинами бусами, шелковой вышивкой, вышивкой золотой или серебряной нитью, меховой отделкой. Национальный костюм отличался и яркой расцветкой (багряный, червлёный, лазоревый, зелёный оттенки).

Костюм эпохи Московской Руси с XV по XVII века сохранил характерные особенности, но претерпел некоторые изменения в сторону более замысловатого покроя. На различия нарядов населения повлияло классовое разделение: чем богаче и знатнее был человек, тем многослойнее был его наряд, причём носили его как в помещении, так и на улице, независимо от времени года. Появились распашные и приталенные одежды, своё влияние оказала восточная и польская культура. Кроме льна использовались суконные, шелковые, бархатные материалы. Осталась традиция шить яркую одежду и богато украшать её.

На рубеже XVII – XVIII веков Петр I издал указы, запрещающие всем, кроме крестьян и священников, одеваться в национальные костюмы, что сыграло отрицательную роль в их развитии. Указы были изданы с целью наладить политические отношения с европейскими союзниками, перенять их культуру. Народу насильно привили вкус, заменив шикарные, но длиннополые и неудобные многослойные одежды более комфортными и облегчёнными общеевропейскими с короткими кафтанами, декольтированными платьями.

Русский национальный костюм остался в пользовании народа и купечества, однако всё-таки перенял некоторые модные веяния, например, подпоясанный под грудью сарафан. Во второй половине XVIII века Екатерина II сделала попытку вернуть некоторую национальную самобытность вошедшим в моду европейским костюмам, особенно в том, что касалось используемых материалов и пышности отделки.

XIX век вернул спрос на национальный костюм, в чём свою роль сыграл возрастающий из-за Отечественной войны патриотизм. Сарафаны и кокошники вернулись в обиход знатных барышень. Шились они из парчи, кисеи, батисты. Появляющаяся одежда, например, «женский мундир», может внешне и не напоминала национальный костюм, но всё-таки имела определённое символическое разделение на «рубаху» и «сарафан». В XX веке из-за отрезанности от европейских поставщиков произошло своеобразное возвращение национальных нарядов, а во второй половине, в 70-ых, оно являлось не больше, чем модной тенденцией.

Несмотря на то, что можно выделить определённый традиционный комплект одежды, из-за большой территории страны национальный костюм принимал характерные черты в тех или иных регионах. Северорусский комплект является сарафанным, а чуть более древний южнорусский – понёвным. В центральной России костюм был больше схож с северным, однако встречались черты южных регионов.

Сарафаны были распашные и глухие, имели трапециевидный фасон, шились из одного или нескольких полотен. Более простыми сарафанами являются изделия на лямках, прямого покроя. Праздничные шились из шёлка и парчи, а для ежедневных дел и жизни – сукна и ситца. Иногда поверх сарафана надевали душегрею.

Южнорусский костюм включал в себя длинную рубаху и набедренную юбку – понёвы. Понёву одевали поверх рубахи, оборачивая вокруг бёдер и закрепляя шерстяным шнуром на талии. Она могла быть как распашной, так и глухой, дополняться передником.

У каждой губернии были свои предпочтения и особенности в декорировании, цветах, элементах и даже названиях. В Воронежской губернии понёвы украшали вышивкой оранжевого цвета, в Архангельской, Тверской и Вологодской были распространены геометрические символы, а то что в Ярославской губернии называли «ферязь», в Смоленской было «сороклин».

В современном мире своя особенная мода, но в народе наблюдается интерес к истокам, национальной одежде. Традиционные наряды можно увидеть в музеях и иногда на выставках, их используют для театральных и танцевальных постановок, на праздниках. Многие дизайнеры и модельеры используют характерные черты русского народного костюма в своих коллекциях, а некоторые из них, как и исследователи, углубляются в подробное изучение, например, Сергей Глебушкин и Фёдор Пармон.

Особенности

Несмотря на большие различия в регионах и даже губерниях, можно выделить общие характерные черты национальной русской одежды: многослойность, расклёшенный силуэт, яркие цвета, богатая отделка.

Многосоставность наряда была свойственна во всех слоях населения. В то время как у рабочего народа костюм мог состоять из семи элементов, у богатых дворян уже из двадцати. Одна одёжка одевалась поверх другой, будь то распашная, глухая, накидная, на застёжках и завязках. Национальному наряду практически не свойственен приталенный силуэт, наоборот, в почёте свободные, трапециевидные фасоны, а длина в большинстве случаев в пол.

Издавна у русского народа существовала страсть к ярким цветам, несущим радость. Самые распространённые – красный, синий, золотой, белый, голубой, розовый, малиновый, зелёный, серый. Но кроме них в каждой губернии были свои предпочтения в оттенках, коих было великое множество: брусничный, васильковый, дымчатый, крапивный, лимонный, маковый, сахарный, тёмно-гвоздичный, шафранный, — и это лишь немногие из них. А вот чёрный цвет использовался лишь в элементах некоторых регионов, а затем долгое время ассоциировался исключительно с траурным нарядом.

Вышивка издревле имела сакральное значение для русского национального костюма. В первую очередь она всегда выступала не украшением, а оберегом, защитой от злых духов. Языческая символика не канула в лету даже с приходом христианства, однако орнаменты приобрели новые элементы, соединив в себе старые славянские и новые церковные мотивы. Защитные обереги вышивали на вороте, манжетах, подоле. Самым часто применяемым цветовым решение были красные нити по белому полотну, а уже после стала распространяться многокрасочность.

С течением времени вышивка приобрела скорее декоративный характер, хотя несла в себе сюжеты древних орнаментов и узоров. Свою роль в изменении значения сыграли и развитие золотошвейного искусства, вышивки речным жемчугом, промыслов, элементы которых перенесли с посуды и мебели на одежду. Исконный русский узор предполагает геометрические строгие формы, почти полное отсутствие скругленных элементов, что обуславливалось техникой вышивки. Самые распространённые мотивы и конкретные символы: солнце, цветы и растения, животные (птицы, кони, олени), женские фигурки, избушки, фигуры (ромбы, скошенный крест, ёлочка, розетки, восьмиугольные звёзды).

Использование элементов промыслов, например, хохломской или городецкой росписи, вошло в обиход позже.

Кроме вышивки наряды знати украшали пуговицами (деревянные пуговицы, обвитые канителью, кружевом, жемчугом, а иногда из драгоценных камней), кружевом и мехом по подолу и горловине, нашивками, ожерельями (расшитый жемчугом, пристёгивающийся воротник из атласа, бархата, парчи). Из дополнительных элементов – ложные рукава, пояса и кушаки, пришитые к ним сумки, ювелирные украшения, муфты, головные уборы.

Разновидности

Современный женский национальный костюм является своеобразной компиляцией сразу нескольких характерных черт, ведь на самом деле видов и вариантов исконного русского костюма очень много. Чаще всего мы представляем себе рубаху с объёмными длинными рукавами, цветной или красный сарафан. Впрочем, упрощённый вариант хоть и является самым распространённым, но далеко не единственным, так как многие дизайнеры и просто народные творцы возвращаются к традициям своих регионов, а значит в обиход входят различные фасоны и элементы.

Костюмы для девочек и детей очень сильно похожи на взрослые модели и включают в себя рубахи, косоворотки, штаны, сарафаны, переднички, юбки, головные уборы. Совсем детские модели могут быть сшиты с короткими рукавами, для пущего удобства, да и в принципе иметь общий вид платья, но с определённой национальными элементами. Для девочек-подростков встречается большее разнообразие взрослых моделей, причём не только сарафанов и рубах, но и шубок, понев.

Зимний народный костюм представляет собой уйму тяжёлой одежды. Кроме тёплого шерстяного сарафана частью наряда для холодного времени года являются короткая распашная шубейка, опашень, душегрея, телогреи, шубы, шерстяные чулки, тёплые головные уборы и шали. В более богатых вариантах присутствует натуральный мех.

Праздничные

Сценические костюмы бывают двух видов: наиболее схожие с настоящими национальными нарядами (для хора), в которых соблюдаются правила пошива и стилизованные, у которых присутствуют многие традиционные элементы, но допускаются необходимые отклонения. К примеру, наряды для хоровода, русского народного танца или других танцевальных направлений должны, в первую очередь, быть максимально удобными, поэтому юбки могут быть укороченными, чрезмерно пышными, а рукава не только длинными, но и ¾, «фонарики». К тому же, сценические костюмы, если только это не театральная постановка, богато украшены и максимально яркие, привлекающие внимание.